Научно-производственная компания аквакультуры (НПКА) "Нереида" работает в поселке Зарубино Хасанского района Приморья с 2000 года. За 15 лет своей работы компания освоила уникальные технологии культивирования приморского гребешка и дальневосточного трепанга, стала самой большой морской фермой в России и вышла на западные и иностранные рынки. Предприятие готовится увеличить мощности и расширить ассортимент выпускаемой продукции, но этим планам может помешать главный бич всех приморских марикультурщиков – тотальное браконьерство.
Месторасположение "Нереиды" в поселке Зарубино знают все без исключения встретившиеся нам местные жители, несмотря на то, что предприятие находится не в самом поселке, а в нескольких километрах от него, и спрятано за двумя живописными сопками. Удивляться тут особо нечему – поселок небольшой, и кому, как не аборигенам, знать, что и где в нем находится. Но, как оказалось причина не только в этом. Но об этом позже.
Преодолев по указанию местных недлинный, но затейливый маршрут, мы вышли-таки к побережью залива Китовый, на котором и обосновалось самое крупное в России марикультурное предприятие.
Глядя на производственные мощности "Нереиды" с высоты отделяющих его от поселка сопок сложно поверить, что именно так должна выглядеть самая большая морская ферма. Несколько небольших цехов вкупе с десятком жилых вагончиков – вот и вся "видимая" мощь "Нереиды". Как оказалось, невидимая намного больше.
- Не смотрите что на берегу, основное наше богатство - в море, - улыбаясь, указывает в сторону бескрайней бухты встречающий нас генеральный директор "Нереиды" Валентин Богославский. – Там все растет. А для того, чтобы там росло, работают люди здесь, - показывает уже на цеха.
Работа без нежностей
Осмотр береговой базы начинаем с пирса, где царит небывалый ажиотаж.
Под небольшим навесом вовсю кипит работа по сортировке живого гребешка, садки с которым на берег чуть ли не ежеминутно подвозят единицы небольшого собственного флота предприятия.
Облаченные в непромокаемые комбинезоны и вооружившись ножами, работники и работницы без доли стеснения "вскрывают" извлеченные из моря садки, вытаскивая из них главный морепродукт предприятия – трехлетний приморский гребешок.
Вытащенные раковины укладывают в пластиковые корзины и промывают пресной водой из шланга.
Нежностям здесь не место. На мой изумленный вопрос по поводу такого безжалостного обращения с инвентарем замгендиректора по аквакультуре Юрий Кудря успокаивает – операция абсолютно безвредна для оборудования. После извлечения моллюска садки со временем починят, снабдят новой "рассадой" и отправят обратно в море.
Посадочный материал, к слову, предприятие получает со своих же морских огородов, правда, назвать этот процесс легким язык не повернется.
Растущий в садках моллюск периодически нерестится, а появившаяся в результате "родов" молодь (спат) гребешка собирается в специально вывешенных для этого в море коллекторах – небольших сетчатых мешках с полиэтиленовым наполнителем. В них молодь растет около года, после чего извлекается из моря и рассаживается в садки для подращивания, а еще позже – в самые крупные садки, где будет расти до товарного вида.
- Одна такая корзинка с того же Китая обходится в среднем в 8 долларов, - объясняет Юрий Кудря, указывая на лежащие на берегу разнокалиберные сетки. - Чтобы выйти на объемы в тысячу тонн требуется как минимум 50 тысяч разных садков. Посчитать нетрудно – это миллионы долларов вложений только в сетки.
В первые годы своей работы "Нереида" выращивала до 700 тонн ежегодно, но в последние годы объемы производства существенно упали – несколько лет подряд предприятие не дотягивало и до 500 тонн, а после объемы. "Возрождение" произошло с приходом нового собственника - в прошлом году добыли 150 тонн, а в текущем планируют вытащить уже 300 тонн. Со временем планируется производить до 2 тысяч тонн моллюска в год. Сейчас в море находятся порядка 200 садков с 26 тысячами особей.
Пока предприятие специализируется исключительно на живом гребешке – моллюск поставляется на рынок прямо в раковинах, транспортировка производится в специальных акваконтейнерах.
- Основным рынком пока остается Москва, но в последнее время спрос на гребешок серьезно оживился за счет импортозамещения и закрытия границы для иностранных морепродуктов. Если раньше брала только одна московская фирма, специализирующаяся на поставках в очень дорогие рестораны, то сейчас появились и другие покупатели. Раньше брали по 150-200 кг, сейчас берут по полтонны. Пошли хорошие продажи и во Владивостоке – хорошие рестораны тоже поняли ценность живого гребешка. Ну и, конечно, заграница, наши соседи, - рассказывает Валентин Богославский.
К слову, сегодняшняя выемка гребешка как раз связана с заказом из соседней страны. Работники предприятия заполняют акваконтейнер, который, после проверки ветеринарной службы, отправится в Южную Корею.
В планах предприятия на ближайшие годы – открытие линии по производству замороженного мяса гребешка, которое также востребовано на рынке.
- Если, конечно, в нашем государстве это получится сделать, - отмечает гендиректор Нереиды. – Но от живого не откажемся, это уже наш бренд.
По следам Поднебесной
Культивированием дальневосточного трепанга "Нереида" начала заниматься в 2007 году, когда в заливе Китовый посеяли первую партию молоди, приобретенной у НПЦМ "Заповедное" в селе Киевка Лазовского района Приморья. Посадочный материал для собственного цеха получали уже со своих морских огородов.
По словам Юрия Кудри каждый год предприятие отправляет в бухту от 200 до 500 тысяч молоди, а в общей сложности выпустили уже около 6 млн штук. В прошлом году "Нереида" ввела в строй новый более мощный цех проектной мощностью до 7 млн особей в год. Компания планирует построить как минимум еще один подобный цех, тем самым увеличив производственную мощность до 15 млн особей в год.
- В этих водах трепанг обладает самым высоким показателем выживаемости. По данным ТИНРО она составляет около 46,5%. За счет более теплой воды и других гидробиологических параметров здесь гидробионт еще и растет быстрее, чем на северах, - отмечает замгендиректора "Нереиды".
Наладив процесс воспроизводства морского огурца, предприятие начало подготовку к его глубокой переработке. В освободившемся после строительства нового цеха помещении сейчас ведется установка оборудования для запуска первой в России легальной линии по сушке трепанга.
- Процесс сложный и требующий серьезных вложений. Цех включает в себя морозильные мощности по подготовке полуфабриката и конвейерную сушку, где гидробионт будет перерабатываться в самый востребованный на азиатском рынке морепродукт - сушеный трепанг, - рассказывает Юрий Кудря, провожая нас в новый цех по культивированию беспозвоночного.
Здесь, в 71-м бассейне с бурлящей морской водой растет полученный летом новый урожай морского огурца, полученный от 300 производителей. Точное количество особей – коммерческая тайна, но счет идет на десятки миллионов, признается заместитель гендиректора.
Новый цех оснащен по последнему слову марикультурной техники – установленное здесь оборудование является новшеством даже для мирового лидера в отрасли - Китая.
- Подобных нашему производств даже в самой Поднебесной еще не более пяти, технологии еще нет и двух лет, - говорит Юрий Кудря, демонстрируя нам усыпанные молодью коллекторы – пластиковые ребристые пластины. – В конце октября проведем первую сортировку, часть молоди высадим в море на доращивание. Оставшуюся часть высадим на огороды уже в апреле-мае следующего года.
Своеобразным "ноу-хау" предприятия, опять же с китайским паспортом, является и уникальная система водоподготовки, которая, по словам Кудри, позволяет предприятию значительно экономить энергию. Применяемый принцип рециркуляции позволяет осуществлять подмену воды в бассейнах один раз в два месяца, тем самым экономя энергию на ее перекачке и подогреве.
Пригодность морской воды на такой срок обеспечивает мощная система фильтрации, которая периодически очищают ее от накопившейся органики. Забор свежей воды осуществляется через заведенный на 600 метров в море дюкер.
В производственном процессе предприятия постоянно задействованы 1,1 тысячи кубов воды, еще 400 кубов находится в системах водоподготовки, 350 кубов - в фильтрах, еще 350 – в резервных емкостях. Котельная предприятия работает и зимой, и летом, поддерживая комфортную для голотурии температуру воды.
Все предпосылки для эффективного развития трепангового направления на берегу созданы, но есть и большая проблема - ограниченность площади морских огородов, годных для высевания трепанга. Имеющихся площадей "Нереиде" хватит максимум на два года, а что делать дальше марикультурщики не знают. Неподалеку есть свободный участок акватории, но взять его в аренду практически невозможно. Свободная "вода" оказалась заложницей скандальных картельных сговоров на нашумевших аукционах времен бывшего главы приморского терруправления Росрыболовства Александра Иванкова и сейчас находятся в подвешенном состоянии: антимонопольная служба постановила аннулировать результаты торгов, по которым участок достался картелю, и провести новый аукцион, но до сих пор ничего не сделано.
- Чтобы выйти на объемы в 2 тысячи тонн нужно около 600 гектаров морской акватории, а у нас сейчас только 43 гектара, - говорит Юрий Кудря. - Такие объемы "воды" есть и они никем не заняты, но новые аукционы не проводятся.
Снимать первый урожай трепанга "Нереида" планирует уже в следующем году. Трепанг живет десять лет, добывать его начинают на третий год, когда он достигает длины 15 сантиметров. И все это время те, кто вырастил молодь и выпустил в море, надеются на урожай. Но урожай трепанга – дело проблемное, слишком много желающих жать там, где не сеяли.
Браконьерское иго
Главная проблема всех марикультурных предприятий Приморья – браконьерство – к сожалению, не обошла стороной и "Нереиду". Более того, озвученные гендиректором масштабы воровства с морских плантаций даже шокируют – с огородов предприятия кормится почти весь поселок (не в этом ли причина того, что все местные знают месторасположение предприятия - прим. авт.).
- Здесь это ни для кого не секрет и никто особо не скрывается. Работы в поселке нет, и поэтому все зарабатывают в море, воруя урожай на наших огородах. Здесь это абсолютно нормально, здесь так привыкли жить, - объясняет Валентин Богославский.
Бороться с воровством не помогает никакая охрана, да и невозможно взять под полный контроль 43 тысячи гектаров морской акватории.
- Представьте себе ситуацию, когда ночью выходит на промысел до десяти бортов с водолазами, притом "бомбят" с разных сторон. А у нас всего один катер с охраной, который в этой ситуации практически бесполезен. Если и получается поймать кого-то, то, как правило, на момент задержания они уже успевают избавиться от улик, вытряхнуть все наворованное за борт. Задержать их мы не можем - нет никаких полномочий. А у тех, у кого такие полномочия есть, этим не занимаются – ни ГИМС, ни правоохранительные органы. Никому это не нужно и есть предположение, что неспроста, - с горечью сообщает Валентин Богославский.
Немного помогают в борьбе с браконьерами пограничники, но и их ресурс ограничен, добавляет гендиректор "Нереиды".
Проблема браконьерства, увы, характерна не только для Зарубино: в любой прибрежной деревне Хасанского района каждый житель знает, кто из односельчан добывает трепанга. О доходности этого бизнеса красноречиво говорят недешевые по сельским меркам автомобили и новенькие коттеджи, раскинутые по побережью поселка. Не прячут браконьерские бригады и транспорт, на котором совершают набеги на морские огороды: с десяток быстроходных катеров без бортовых номеров дожидаются ночных рейдов прямо у побережья.
- Весь дикий трепанг и гребешок здесь выгребли еще до нашего прихода, а теперь, не стесняясь, воруют у нас и в Дальневосточном морском заповеднике. Там их тоже гоняют, но с таким же успехом, как и мы, то есть, практически с нулевым. Нет на них управы, не помогает никакая охрана. Замкнутый круг, - сетует наш собеседник.
Единственный способ искоренить браконьерство, по его мнению, - это политическая воля, проявленная на самом высоком уровне. Другого пути нет – браконьерский трепанговый бизнес за долгие годы своего существования оброс высокопоставленными покровителями на разных уровнях власти и налаженными каналами сбыта, а его обороты давно перешагнули порог в десятки миллионов, и далеко не рублей. По информации из надежных источников, нелегально добытый морской огурец браконьеры сдают перекупщикам, которые в свою очередь перепродают его китайцам, которые владеют технологией его правильной сушки и соответствующими подпольными мощностями. Далее переработанное сырье контрабандой идет в Китай, где этот продукт очень востребован. Убытки государства от незаконного экспорта биоресурсов нетрудно посчитать – цена килограмма сушеного морского огурца в Поднебесной варьируется в районе от 1 до 4 тысяч долларов.
- Единственный выход – перекрыть "черные" каналы сбыта сушеного трепанга на границе. Без этого любая борьба будет бесполезной. Это, прежде всего, в интересах государства, вопрос его национальной безопасности. Иначе наши биоресурсы так и будут уходить в Китай без налогов и пошлин, а честно работающие марикультурные предприятия – закрываться. Засилье браконьерского трепанга на рынке очень сильно бьет по ценам на продукцию, опуская их на грань рентабельности, - отмечает Валентин Богославский.
На сегодняшний день предприятие обеспечивает работой более 100 человек, средняя зарплата работников - 25-30 тысяч рублей. На первый взгляд, неплохие деньги для депрессивного Хасанского района. Но даже такой заработок не удерживает работников от браконьерского соблазна. Семь из десяти сотрудников работают на два фронта: днем на предприятие, ночью - на себя, признается Валентин Богославский.
- Бизнес очень рискованный: сегодня выросло, завтра не выросло. Спасибо инвестору, что поверил в предприятие и вложился, тем более, что деньги в данном случае "длинные", окупаемость не меньше семи лет. Но если ничего не изменится, если наши проблемы не начнут решаться, то придется это направление сворачивать, как сделали уже многие марикультурные предприятия. И тогда все наше море займут китайские биотехнопарки, которые будут выкачивать наши ресурсы в свою страну. Уже легально, но вряд ли с выгодой для нашего государства, - заключает гендиректор Нереиды.
Справка: ООО "Научно-производственная компания аквакультуры (НПКА) "Нереида" работает в Приморье с 2000 года. В конце 2013 года владеющая компанией Находкинская база активного морского рыболовства (НБАМР) продала 25% долей перспективного предприятия ООО "Акция-ДВ-Находка", еще 10% отошли ООО "Савитар" (оба - Владивосток). Единственным владельцем и гендиректором ООО "Акция-ДВ-Находка" является председатель совета директоров ОАО "НБАМР", бывший вице-губернатор края Сергей Передрий.
Спасибо за внимание!)
Месторасположение "Нереиды" в поселке Зарубино знают все без исключения встретившиеся нам местные жители, несмотря на то, что предприятие находится не в самом поселке, а в нескольких километрах от него, и спрятано за двумя живописными сопками. Удивляться тут особо нечему – поселок небольшой, и кому, как не аборигенам, знать, что и где в нем находится. Но, как оказалось причина не только в этом. Но об этом позже.
Преодолев по указанию местных недлинный, но затейливый маршрут, мы вышли-таки к побережью залива Китовый, на котором и обосновалось самое крупное в России марикультурное предприятие.
Глядя на производственные мощности "Нереиды" с высоты отделяющих его от поселка сопок сложно поверить, что именно так должна выглядеть самая большая морская ферма. Несколько небольших цехов вкупе с десятком жилых вагончиков – вот и вся "видимая" мощь "Нереиды". Как оказалось, невидимая намного больше.
- Не смотрите что на берегу, основное наше богатство - в море, - улыбаясь, указывает в сторону бескрайней бухты встречающий нас генеральный директор "Нереиды" Валентин Богославский. – Там все растет. А для того, чтобы там росло, работают люди здесь, - показывает уже на цеха.
Работа без нежностей
Осмотр береговой базы начинаем с пирса, где царит небывалый ажиотаж.
Под небольшим навесом вовсю кипит работа по сортировке живого гребешка, садки с которым на берег чуть ли не ежеминутно подвозят единицы небольшого собственного флота предприятия.
Облаченные в непромокаемые комбинезоны и вооружившись ножами, работники и работницы без доли стеснения "вскрывают" извлеченные из моря садки, вытаскивая из них главный морепродукт предприятия – трехлетний приморский гребешок.
Вытащенные раковины укладывают в пластиковые корзины и промывают пресной водой из шланга.
Нежностям здесь не место. На мой изумленный вопрос по поводу такого безжалостного обращения с инвентарем замгендиректора по аквакультуре Юрий Кудря успокаивает – операция абсолютно безвредна для оборудования. После извлечения моллюска садки со временем починят, снабдят новой "рассадой" и отправят обратно в море.
Посадочный материал, к слову, предприятие получает со своих же морских огородов, правда, назвать этот процесс легким язык не повернется.
Растущий в садках моллюск периодически нерестится, а появившаяся в результате "родов" молодь (спат) гребешка собирается в специально вывешенных для этого в море коллекторах – небольших сетчатых мешках с полиэтиленовым наполнителем. В них молодь растет около года, после чего извлекается из моря и рассаживается в садки для подращивания, а еще позже – в самые крупные садки, где будет расти до товарного вида.
- Одна такая корзинка с того же Китая обходится в среднем в 8 долларов, - объясняет Юрий Кудря, указывая на лежащие на берегу разнокалиберные сетки. - Чтобы выйти на объемы в тысячу тонн требуется как минимум 50 тысяч разных садков. Посчитать нетрудно – это миллионы долларов вложений только в сетки.
В первые годы своей работы "Нереида" выращивала до 700 тонн ежегодно, но в последние годы объемы производства существенно упали – несколько лет подряд предприятие не дотягивало и до 500 тонн, а после объемы. "Возрождение" произошло с приходом нового собственника - в прошлом году добыли 150 тонн, а в текущем планируют вытащить уже 300 тонн. Со временем планируется производить до 2 тысяч тонн моллюска в год. Сейчас в море находятся порядка 200 садков с 26 тысячами особей.
Пока предприятие специализируется исключительно на живом гребешке – моллюск поставляется на рынок прямо в раковинах, транспортировка производится в специальных акваконтейнерах.
- Основным рынком пока остается Москва, но в последнее время спрос на гребешок серьезно оживился за счет импортозамещения и закрытия границы для иностранных морепродуктов. Если раньше брала только одна московская фирма, специализирующаяся на поставках в очень дорогие рестораны, то сейчас появились и другие покупатели. Раньше брали по 150-200 кг, сейчас берут по полтонны. Пошли хорошие продажи и во Владивостоке – хорошие рестораны тоже поняли ценность живого гребешка. Ну и, конечно, заграница, наши соседи, - рассказывает Валентин Богославский.
К слову, сегодняшняя выемка гребешка как раз связана с заказом из соседней страны. Работники предприятия заполняют акваконтейнер, который, после проверки ветеринарной службы, отправится в Южную Корею.
В планах предприятия на ближайшие годы – открытие линии по производству замороженного мяса гребешка, которое также востребовано на рынке.
- Если, конечно, в нашем государстве это получится сделать, - отмечает гендиректор Нереиды. – Но от живого не откажемся, это уже наш бренд.
По следам Поднебесной
Культивированием дальневосточного трепанга "Нереида" начала заниматься в 2007 году, когда в заливе Китовый посеяли первую партию молоди, приобретенной у НПЦМ "Заповедное" в селе Киевка Лазовского района Приморья. Посадочный материал для собственного цеха получали уже со своих морских огородов.
По словам Юрия Кудри каждый год предприятие отправляет в бухту от 200 до 500 тысяч молоди, а в общей сложности выпустили уже около 6 млн штук. В прошлом году "Нереида" ввела в строй новый более мощный цех проектной мощностью до 7 млн особей в год. Компания планирует построить как минимум еще один подобный цех, тем самым увеличив производственную мощность до 15 млн особей в год.
- В этих водах трепанг обладает самым высоким показателем выживаемости. По данным ТИНРО она составляет около 46,5%. За счет более теплой воды и других гидробиологических параметров здесь гидробионт еще и растет быстрее, чем на северах, - отмечает замгендиректора "Нереиды".
Наладив процесс воспроизводства морского огурца, предприятие начало подготовку к его глубокой переработке. В освободившемся после строительства нового цеха помещении сейчас ведется установка оборудования для запуска первой в России легальной линии по сушке трепанга.
- Процесс сложный и требующий серьезных вложений. Цех включает в себя морозильные мощности по подготовке полуфабриката и конвейерную сушку, где гидробионт будет перерабатываться в самый востребованный на азиатском рынке морепродукт - сушеный трепанг, - рассказывает Юрий Кудря, провожая нас в новый цех по культивированию беспозвоночного.
Здесь, в 71-м бассейне с бурлящей морской водой растет полученный летом новый урожай морского огурца, полученный от 300 производителей. Точное количество особей – коммерческая тайна, но счет идет на десятки миллионов, признается заместитель гендиректора.
Новый цех оснащен по последнему слову марикультурной техники – установленное здесь оборудование является новшеством даже для мирового лидера в отрасли - Китая.
- Подобных нашему производств даже в самой Поднебесной еще не более пяти, технологии еще нет и двух лет, - говорит Юрий Кудря, демонстрируя нам усыпанные молодью коллекторы – пластиковые ребристые пластины. – В конце октября проведем первую сортировку, часть молоди высадим в море на доращивание. Оставшуюся часть высадим на огороды уже в апреле-мае следующего года.
Своеобразным "ноу-хау" предприятия, опять же с китайским паспортом, является и уникальная система водоподготовки, которая, по словам Кудри, позволяет предприятию значительно экономить энергию. Применяемый принцип рециркуляции позволяет осуществлять подмену воды в бассейнах один раз в два месяца, тем самым экономя энергию на ее перекачке и подогреве.
Пригодность морской воды на такой срок обеспечивает мощная система фильтрации, которая периодически очищают ее от накопившейся органики. Забор свежей воды осуществляется через заведенный на 600 метров в море дюкер.
В производственном процессе предприятия постоянно задействованы 1,1 тысячи кубов воды, еще 400 кубов находится в системах водоподготовки, 350 кубов - в фильтрах, еще 350 – в резервных емкостях. Котельная предприятия работает и зимой, и летом, поддерживая комфортную для голотурии температуру воды.
Все предпосылки для эффективного развития трепангового направления на берегу созданы, но есть и большая проблема - ограниченность площади морских огородов, годных для высевания трепанга. Имеющихся площадей "Нереиде" хватит максимум на два года, а что делать дальше марикультурщики не знают. Неподалеку есть свободный участок акватории, но взять его в аренду практически невозможно. Свободная "вода" оказалась заложницей скандальных картельных сговоров на нашумевших аукционах времен бывшего главы приморского терруправления Росрыболовства Александра Иванкова и сейчас находятся в подвешенном состоянии: антимонопольная служба постановила аннулировать результаты торгов, по которым участок достался картелю, и провести новый аукцион, но до сих пор ничего не сделано.
- Чтобы выйти на объемы в 2 тысячи тонн нужно около 600 гектаров морской акватории, а у нас сейчас только 43 гектара, - говорит Юрий Кудря. - Такие объемы "воды" есть и они никем не заняты, но новые аукционы не проводятся.
Снимать первый урожай трепанга "Нереида" планирует уже в следующем году. Трепанг живет десять лет, добывать его начинают на третий год, когда он достигает длины 15 сантиметров. И все это время те, кто вырастил молодь и выпустил в море, надеются на урожай. Но урожай трепанга – дело проблемное, слишком много желающих жать там, где не сеяли.
Браконьерское иго
Главная проблема всех марикультурных предприятий Приморья – браконьерство – к сожалению, не обошла стороной и "Нереиду". Более того, озвученные гендиректором масштабы воровства с морских плантаций даже шокируют – с огородов предприятия кормится почти весь поселок (не в этом ли причина того, что все местные знают месторасположение предприятия - прим. авт.).
- Здесь это ни для кого не секрет и никто особо не скрывается. Работы в поселке нет, и поэтому все зарабатывают в море, воруя урожай на наших огородах. Здесь это абсолютно нормально, здесь так привыкли жить, - объясняет Валентин Богославский.
Бороться с воровством не помогает никакая охрана, да и невозможно взять под полный контроль 43 тысячи гектаров морской акватории.
- Представьте себе ситуацию, когда ночью выходит на промысел до десяти бортов с водолазами, притом "бомбят" с разных сторон. А у нас всего один катер с охраной, который в этой ситуации практически бесполезен. Если и получается поймать кого-то, то, как правило, на момент задержания они уже успевают избавиться от улик, вытряхнуть все наворованное за борт. Задержать их мы не можем - нет никаких полномочий. А у тех, у кого такие полномочия есть, этим не занимаются – ни ГИМС, ни правоохранительные органы. Никому это не нужно и есть предположение, что неспроста, - с горечью сообщает Валентин Богославский.
Немного помогают в борьбе с браконьерами пограничники, но и их ресурс ограничен, добавляет гендиректор "Нереиды".
Проблема браконьерства, увы, характерна не только для Зарубино: в любой прибрежной деревне Хасанского района каждый житель знает, кто из односельчан добывает трепанга. О доходности этого бизнеса красноречиво говорят недешевые по сельским меркам автомобили и новенькие коттеджи, раскинутые по побережью поселка. Не прячут браконьерские бригады и транспорт, на котором совершают набеги на морские огороды: с десяток быстроходных катеров без бортовых номеров дожидаются ночных рейдов прямо у побережья.
- Весь дикий трепанг и гребешок здесь выгребли еще до нашего прихода, а теперь, не стесняясь, воруют у нас и в Дальневосточном морском заповеднике. Там их тоже гоняют, но с таким же успехом, как и мы, то есть, практически с нулевым. Нет на них управы, не помогает никакая охрана. Замкнутый круг, - сетует наш собеседник.
Единственный способ искоренить браконьерство, по его мнению, - это политическая воля, проявленная на самом высоком уровне. Другого пути нет – браконьерский трепанговый бизнес за долгие годы своего существования оброс высокопоставленными покровителями на разных уровнях власти и налаженными каналами сбыта, а его обороты давно перешагнули порог в десятки миллионов, и далеко не рублей. По информации из надежных источников, нелегально добытый морской огурец браконьеры сдают перекупщикам, которые в свою очередь перепродают его китайцам, которые владеют технологией его правильной сушки и соответствующими подпольными мощностями. Далее переработанное сырье контрабандой идет в Китай, где этот продукт очень востребован. Убытки государства от незаконного экспорта биоресурсов нетрудно посчитать – цена килограмма сушеного морского огурца в Поднебесной варьируется в районе от 1 до 4 тысяч долларов.
- Единственный выход – перекрыть "черные" каналы сбыта сушеного трепанга на границе. Без этого любая борьба будет бесполезной. Это, прежде всего, в интересах государства, вопрос его национальной безопасности. Иначе наши биоресурсы так и будут уходить в Китай без налогов и пошлин, а честно работающие марикультурные предприятия – закрываться. Засилье браконьерского трепанга на рынке очень сильно бьет по ценам на продукцию, опуская их на грань рентабельности, - отмечает Валентин Богославский.
На сегодняшний день предприятие обеспечивает работой более 100 человек, средняя зарплата работников - 25-30 тысяч рублей. На первый взгляд, неплохие деньги для депрессивного Хасанского района. Но даже такой заработок не удерживает работников от браконьерского соблазна. Семь из десяти сотрудников работают на два фронта: днем на предприятие, ночью - на себя, признается Валентин Богославский.
- Бизнес очень рискованный: сегодня выросло, завтра не выросло. Спасибо инвестору, что поверил в предприятие и вложился, тем более, что деньги в данном случае "длинные", окупаемость не меньше семи лет. Но если ничего не изменится, если наши проблемы не начнут решаться, то придется это направление сворачивать, как сделали уже многие марикультурные предприятия. И тогда все наше море займут китайские биотехнопарки, которые будут выкачивать наши ресурсы в свою страну. Уже легально, но вряд ли с выгодой для нашего государства, - заключает гендиректор Нереиды.
Справка: ООО "Научно-производственная компания аквакультуры (НПКА) "Нереида" работает в Приморье с 2000 года. В конце 2013 года владеющая компанией Находкинская база активного морского рыболовства (НБАМР) продала 25% долей перспективного предприятия ООО "Акция-ДВ-Находка", еще 10% отошли ООО "Савитар" (оба - Владивосток). Единственным владельцем и гендиректором ООО "Акция-ДВ-Находка" является председатель совета директоров ОАО "НБАМР", бывший вице-губернатор края Сергей Передрий.
Спасибо за внимание!)